Лагерь  

   

Хатха йога  

   

А, еще!  

   

Ахимса


В фильме «Малыш-каратист» (Karate Kid) мистер Мияджи семнадцатилетнему Даниэлю
сначала кажется глупым, довольно безобидным старичком. Мистер Мияджи скромен и непретенциозен; он часами сидит без дела, пытаясь ловить мух палочками для еды, ухаживает за своими деревьями бонсай в горшках и совершенно не реагирует на провокации. Но по мере развития сюжета, когда Даниэлю и мистеру Мияджи начинают угрожать хулиганы, Мияджи предпринимает действия для защиты. Даниэль изумляется невероятной способности этого старика умело противостоять целой группе каратэистов, более крупных и молодых, чем он. С того момента мистер Мияджи становится наставником Даниэля в искусстве умелой защиты, настоящей дружбы и искусства жить.

Отказ от насилия может показаться нам таким же, каким мистер Мияджи поначалу показался Даниэлю. Этот подход может выглядеть настолько пассивным и незначительным, что мы, задаваясь вопросом, зачем все это нужно, вполне можем не обратить на него внимания, как и на тонкость его силы. На Востоке отказ от насилия ценится так высоко, что именно он является основой всей философии и практики йоги. Йоги говорят, что, если мы не будем основывать свою жизнь и свои действия на отказе от насилия, сомнительным будет результат всех наших действий. Все наши достижения и успехи, надежды и радости стоят на ненадежном основании, если они не основаны на отказе от насилия.

Убийство и причинение физического вреда являются грубыми формами насилия, которые можно легко заметить и понять. Однако у отказа от насилия есть также много тонких значений. Когда мы чувствуем себя загнанными или бессильными, когда мы выведены из равновесия или чего-то боимся, мы, бывает, ругаемся последними словами или взрываемся гневом. По мере того как мы начинаем лучше понимать эти нюансы, мы узнаем, что непричинение зла другим, непосредственно, связано с непричинением зла себе. Наша внутренняя сила и характер определяют нашу способность быть человеком мира как дома, так и во всем мире.

В фильме «Малыш-каратист» Даниэль не пошел учиться в школу каратэ. Вместо этого он овладел искусством каратэ, учась выполнять повседневную работу — полируя автомобили, ухаживая за деревьями и крася заборы. Почти таким же способом мы развиваем в себе способность не причинять зла, учась преодолевать повседневные жизненные проблемы и обращая внимание на то, что усиливает нашу склонность к насилию. Ахимса, или отказ от насилия, — в буквальном смысле «непричинение вреда» — пробуждает в нас лучшие качества. Усилить способность не причинять вред помогает активная практика смелости, уравновешенности, любви к себе и сострадания к другим.

Как найти в себе смелость.

Достаточно лишь посмотреть по сторонам, чтобы увидеть, что вокруг очень много страха. Страх — это и

  • боязливо отворачивающиеся от вас лица,
  • и внезапные нападения, и защитные стены,
  • и кучи всякого имущества,
  • и многочисленные недобрые слова и жесты.

В мире богатства скопидомы запасают больше, чем способны внести в общее благо, оставляя других людей страдать в нищете. Войны ведутся ради захвата материальных благ и сохранения власти. По всему миру невинные дети подвергаются жестокому насилию. Заглянув глубже, можно обнаружить корень всех этих актов жадности, властности и неуверенности — это страх.

Страх создает насилие.

Если более пристально рассмотреть этот вопрос, то нужно понимать различие между страхами, которые помогают нам жить, и страхами, которые нам жить мешают.

  • Первый вид страха инстинктивен и заложен в нас для обеспечения выживания.
  • Второй вид страха — это страх перед неизвестным.

Незнакомое может стать богатой почвой для исследования, стоит лишь понять, что этот страх живет только в нашем воображении. Лишь ум создает тот страх, от которого бурчит в животе и который делает нас своими заложниками, лишая возможности жить своей собственной жизнью.

Контакты с людьми и переживание ситуаций, которых мы обычно избегаем, могли бы дать нам богатый материал для познания нового о самих себе и о жизни. Даже те люди, которых мы называем врагами, могут многому научить нас. Люди, которых мы ранее избегали, откроют новые способы мышления и подарят нам частичку самих себя. Встречаясь лицом к лицу с нашими страхами, общаясь с определенными людьми и переживая определенные ситуации, мы обнаруживаем, что

  • наше самосознание выросло;
  • наш взгляд расширился;
  • мир внезапно стал больше, и мы с большей компетентностью находим в нем свои маршруты.

По мере вступления на «неизведанные земли» ум и сердце становятся более открытыми и потребность проявлять жестокость сходит на нет. Таким образом, создать жизнь и мир, свободный от насилия, означает прежде всего найти смелость в самом себе.

Смелость — это не отсутствие страха, а способность бояться, не будучи парализованным страхом. Смелость можно найти, встав лицом к лицу со своими страхами — маленькими, большими, смущающими и действительно огромными, жуткими. Чтобы жить «на полную катушку», как нам и предлагает жизнь, нам так или иначе нужно позволять себе бояться. Если мы будем всегда стремиться себя обезопасить, как мы можем развить в себе смелость? 

Достижение внутреннего равновесия.

Смелость требует лучших качеств личности, а они проявляются только тогда, когда личность уравновешена. Вспомните моменты, когда вы резко вели себя с другими людьми из-за того, что у вас было слишком много работы, вы выпили слишком много кофе или не выспались. Дисбаланс в организме почти всегда толкает к насилию, поскольку болезненное состояние внутри ищет способ выразить себя вовне. Покой создает внутреннюю гармонию, которая естественным образом выражается вовне в форме гармоничных действий. 

Достичь внутреннего равновесия в жизни нелегко. Мы всегда жаждем чего-то, мы — шумные люди, возбужденные и по уши засыпанные рекламными объявлениями, обещающими удовлетворить наши самые сокровенные желания. Если мы не зададимся целью достичь душевного равновесия, то легко станем жертвами ложных обещаний и заполним каждый момент нашей жизни делами, встречами и всеми теми обязательствами, которые сопровождают плотный дневной график. Не в традициях нашей культуры желать получить передышку, чтобы просто ничего не делать или побыть в одиночестве. Нас засыпают делами, мы засыпаем ими сами себя. Последствия — неизбежное, безмерное насилие над собой и окружающими.

Как и телу, душе и уму требуется время для систематизации и усвоения. Как и телу, уму и душе требуется время для отдыха. Этот отдых мы организуем, создавая для себя личное пространство, где мы можем передохнуть. Создавать не еще больше беспорядка, а больше пространства для размышления,пространства для уединения, для воображения, пространства для возможности почувствовать зов жизненной силы, живущей внутри нас.

Равновесия нельзя достигнуть каким-то определенным методом, это не набор правил, которые можно обязать себя выполнять. Эта не та вещь, которую можно запланировать, наметить. Равновесие приходит, когда мы прислушиваемся к наставлениям и мудрости своего внутреннего голоса. Все люди испытывают равновесие по-разному, и даже у отдельного человека оно может ощущаться по-разному в разное время. Чтобы поладить с самим собой, нужно успокоиться и слушать, а потом учитывать подсказки внутреннего голоса. Этот голос не толкает, ничего не навязывает и не обещает. Эта внутренняя мудрость просто знает, что нам нужно для сохранения здоровья, сил и состояния полной гармонии.

Не имея равновесия, мы «распыляем» себя тонким слоем по всей своей жизни, это выглядит внушительно, но в результате мы проигрываем первыми. Здоровье и благополучие нашего тела, ума и духа — это мощный, сильный ресурс, и, сохраняя равновесие, мы можем идти по жизни более умело и непринужденно. Мы настроены на «победу», поскольку встречаем жизнь, находясь во внутреннем пространстве гармонии. Когда мы находимся в состоянии равновесия, мы автоматически живем в соответствии с принципом отказа от насилия.

Как справиться с чувством бессилия

Ощущение бессилия очень сильно препятствует сохранению равновесия. Бессилие выражается в агрессии, направленной вовне и выражающейся в форме расстройства и гнева. Агрессия также может быть направлена вовнутрь, и тогда человек впадает в депрессию и чувствует себя жертвой. Мы боимся нашей собственной силы и часто оказываемся в ловушке чувства бессилия. Под ощущением бессилия я подразумеваю те моменты, когда нам кажется, будто мы исчерпали все варианты выбора и совершенно не в состоянии справиться с навалившейся проблемой. В такое время мы чувствуем себя как зверь, запертый в клетке и готовый к броску. Выражается ли наша реакция в форме гнева, ухода в себя, расстройства или пассивности, наш ум закрывается, словно мы едем на поезде через темный туннель, где не видно ни зги — сплошная темнота и тревога.

Ахимса, или отказ от насилия, призывает подвергать сомнению чувство беспомощности, а не принимать его. Чувствуя себя бессильными, мы забываем, что на самом деле далеко не исчерпали возможностей выхода из ситуации. Мы можем принять меры — это во-первых, а во-вторых, мы способны изменить историю, которую рассказываем сами себе о своей беспомощности. Вместо того чтобы предаваться этому чувству, можно спросить себя: «Что я должен сделать прямо сейчас, чтобы успешно разрешить эту ситуацию?» В такие моменты полезно также вспомнить, как мы справлялись со сложными положениями прежде, сохраняя при этом доброжелательность и не раскисая, а затем попробовать воскресить в себе это чувство.

Три способа мышления, которые освобождают меня от чувства беспомощности:

  • практиковать благодарность,
  • доверять данному моменту и находиться в нем
  • думать о других.

Когда я не могу выехать со двора, так как мне перекрыл путь другой автомобиль, а я очень тороплюсь, я благодарен этому автомобилю! Быть может, задержав меня, он спас меня от чего то неприятного.

Часто истоки чувства беспомощности коренятся в нашем детстве. Возможно, тогда это чувство было оправданным, но сейчас эта история больше не актуальна. 

Йогирадж Ачала: «Я радуюсь в ситуациях, когда я некомпетентен». С таким отношением чувство беспомощности становится возможностью приобрести новые знания, вместо того чтобы злиться.

Любовь к себе

Способность сохранять равновесие и быть смелым во многом связана с нашим отношением к самому себе. 

То, как мы обращаемся с собой, отражает наше отношение к другим. Если вы станете надсмотрщиком самому себе, то и другие будут чувствовать ваш кнут. Если вы будете критически настроены по отношению к себе, то и другие будут чувствовать, что вы многого от них ожидаете. Если вы беззаботны и легко прощаете себя, то и другие люди будут чувствовать себя в вашем присутствии непринужденно и радостно. Если вы найдете смех и веселье в самом себе, то и другим будет приятно находиться в вашем обществе.

Как мы обращаемся с собой, так мы обращаемся и с другими.

Мы можем быть в сердце своем полны любви к другим и искреннего намерения любить. Но истина состоит в том, что мы будем выражать эту любовь к другим людям, обращаясь с ними так же, как обращаемся с самими собой. Любовь лежит в основе отказа от насилия и начинается с нашей любви к себе. Это любовь не эгоцентричная, но прощающая и снисходительная — любовь, которая видит юмор в недостатках и принимает всю полноту выражения личности. Только когда мы найдем такую любовь ко всем аспектам нашей личности, мы сможем в полной мере выражать любовь по отношению к другим людям. Уметь любить все стороны своей натуры означает простить себя. Без прощения мы несем в своих сердцах вину, как тяжелое бремя. Вина не позволяет нам выразить любовь к себе и другим и обрекает на односторонние ожидания в любом опыте человеческого общения, который мы получаем.

Смелость и любовь тесно связаны. «Когда любовь стала Богом моей жизни, я стал бесстрашным», — эти слова сказал Свами Рама во время своего путешествия по миру. Они перекликаются с утверждением Иисуса: «Совершенная любовь уничтожает страх». Там, где страх создает вред и насилие, любовь создает подъем, отказ от насилия и истинную безопасность, к которой мы стремимся. Отказ от насилия переплетается с любовью, а любовь к другому человеку переплетается с любовью к себе; они неразделимы.

Насилие над другими людьми

Если мы не можем найти любовь к самим себе, мы начинаем скрывать свое ощущение нехватки и страха за подчеркнутым беспокойством о других людях. Это выглядит так, словно мы говорим себе: «Моя жизнь — это хаос; я буду чувствовать себя лучше, если наведу порядок в вашей». Если мы не честны с самими собой, мы можем даже отправляться спать, испытывая гордость за те замечательные вещи, которые мы сделали для других людей в этот день. Мы можем даже чувствовать себя святыми, совершившими подвиг самопожертвования. На самом же деле, указывая другим, как им жить, мы скрываем от самих себя ощущение неудачи в собственной жизни. Если мы не захотим глубоко проанализировать свою жизнь и смело взглянуть на нее, мы можем легко навредить другим людям — причем такими тонкими способами, о которых даже и не подозреваем, полагая, будто на самом деле приносим им пользу.

  • Представление, будто мы знаем, что будет лучше для других людей, становится тонким способом совершить насилие.
  • Когда мы берем на себя задачу «помогать» другим, мы тем самым сводим на нет их ощущение своей самостоятельности.

Принцип отказа от насилия:

  • Призывает нас доверять способности других людей находить ответ, который они ищут.
  • Призывает нас верить в других людей, а не жалеть их.
  • Принцип ненасилия просит нас доверять жизненному путешествию другого человека, любить его и поддерживать в нем наивысший образ себя в собственных глазах, а не наш собственный наивысший его образ.
  • Он призьюает нас перестать управлять другими и их восприятием нас. Оставьте других людей свободными от ваших запросов. Пусть они будут свободны в выборе своего восприятия вас.

Насилие, которое мы совершаем, полагая, будто знаем, что лучше для другого, весьма наглядно иллюстрируется одной индийской притчей.

Человек наблюдает, как обезьяна сидит на дереве, держа в руках рыбу, и говорит той: «Но ведь я спасла тебя, иначе ты бы утонула!» Обезьяна, полагая, будто спасла рыбу, поместила ее в такое место, которое не может удовлетворить ни одну из ее потребностей в выживании и росте. Мы не можем спасти людей или исправить их.

Самостоятельно справляясь с проблемами, мы обретаем ощущение своей сообразительности, чувство собственного достоинства и удовлетворения. Когда мы пытаемся исправить или спасти кого-то, мы мешаем им извлечь урок, который предоставила им данная ситуация. Как обезьяна в упомянутой выше притче, мы, пытаясь извлечь человека из его проблем или страданий, извлекаем его из среды, которая предлагает большие возможности для обучения. Мы в определенном смысле отключаем людей от источника, который позволит им стать сильнее, компетентнее и проникнуться большим сочувствием к окружающим.

Иногда непереносимо позволить человеку, о котором мы заботимся, продолжать страдать и тонуть в жизненных проблемах. Мы и сами-то себе почти не можем помочь, но если люди страдают, мы хотим, чтобы им стало легче. Если им нужно принять решение, нам хочется подсказать, как его принять. И все же действительно стоящая вещь, которую мы можем им предложить, — это оставаться с ними в той ситуации, какая она есть. Мы должны доверять страданию, доверять проблеме и доверять ошибкам; они — то, что совершенствует нас, когда мы от них не бежим.

 «Слушая другого человека, мы создаем в нем прибежище для заблудившихся частей его души». В другом человеке нет ничего, что нужно было бы исправлять или спасать; есть лишь дар умения слушать. Люди нуждаются в безопасном месте, чтобы «услышать себя». Возвращаясь к притче об обезьяне и рыбе, можно сказать, что в итоге нам следует войти в воду вместе с нуждающимися, а не брать их с собой на дерево.

Еще один способ, которым насилие маскируется под заботу, — это беспокойство.

  • Беспокойство — это недостаток веры в другого человека, и оно не может существовать одновременно с любовью. Или мы верим в то, что другой человек сделает все от него зависящее, или нет.
  • Беспокойство говорит: «Я не верю, что ты наладишь свою жизнь». Беспокойство проистекает из высокомерного отношения: «Я лучше знаю, что должно происходить в твоей жизни».
  • Беспокойство твердит: «Я не доверяю твоей жизни, твоим реакциям и твоему выбору момента для действий».
  • Беспокойство — это страх, который еще не вырос; это неправильное употребление воображения. Мы обесцениваем и оскорбляем других, когда тревожимся о них.

Вот к чему это все сводится: с чем я подхожу к своему ребенку, своему другу, своему партнеру и к себе — с любовью или с беспокойством? Какой из этих подходов более эффективен и перспективен? Какой из них обеспечивает более эффективное использование энергии и имеет больше созидательной силы? Что произошло бы в жизни других людей, если бы мы могли выбирать любовь вместо беспокойства и верить в наших любимых? Когда мы искренне любим и принимаем себя целиком, такими, как есть, в наших сердцах расцветает сострадание, мы начинаем по-иному видеть других людей.

Как развить в себе сострадание

Мы учимся сострадать, растворяя нашу версию мира и обучая свои глаза не бояться видеть реальность такой, как она есть. Мы учимся состраданию, прекращая жить только в своей голове, где мы можем все аккуратно обустроить, и начиная прислушиваться к своему телу, где такой аккуратности, как в голове, может и не наблюдаться. Мы учимся состраданию, прекращая попытки изменить себя и других людей и размывая границы, отделяющие нас от того, чего мы не понимаем. Мы учимся состраданию, совершая небольшие добрые поступки и признавая, что жизнь других людей так же важна, как наша собственная.

Чем бы мы ни занимались, эта драгоценность, Ахимса, или отказ от насилия, просит, чтобы мы ступали легко, не причиняли вреда и ценили свои отношения с землей, друг с другом и с самими собой.

   

Медитация  

   
   
© Йога в Абхазии. Йога лагерь Индра.